Upgrade to Chess.com Premium!

О ПРЯМОЙ АТАКЕ В ШАХМАТНОЙ ПАРТИИ (Статья А.А. Алехина)

В одной моей старой, растрепанной шахматной книжке есть редкая статья А. Алехина. Редкой она названа в самой книжке, но это подтверждается и тем, что я не мог найти её в интернет пространстве. Это и побудило меня выложить её для всеобщего обозрения. В книге статья Алехина была дополнена примерами редактора. Их я решил вынести во вторую часть статьи.

 

А. А. Алехин Чемпион мира

  1927—1935, 1937—1946 гг.

  О ПРЯМОЙ АТАКЕ В ШАХМАТНОЙ ПАРТИИ

 За пару лет до первой мировой войны в шахматных отделах европейских газет была опубликована следующая короткая партия, героем которой был хорошо известный проблемист В. Гольцгаузен, а жертвой — доктор Тарраш.

Когда мне стала известна партия, мое внимание привлекли некоторые особенности финальной комбинации. Это побудило меня попытаться найти в ней закономерности, изучение которых помогло бы лучше понять механизм начальной фазы борьбы на шахматной доске.

Действительно, в чем заключаются характерные особенности двойной жертвы, осуществленной белыми?

Чтобы уяснить это, прибегнем к методу сравнений: припомним самые поразительные случаи комбинаций с жертвами, цель которых — непосредственно использовать положение короля противника для получения материальной выгоды или достижения мата. Мы увидим тогда, что огромное большинство этих комбинаций, вернее, почти все, характеризуются по крайней мере одним из предшествующих составных моментов:

а) позиция атакованного короля очень скомпрометирована ввиду отсутствия пешечного прикрытия или ввиду отдаленности других фигур, способных защитить его;

б) постепенным накоплением атакующих сил, ясно доказывающим намерение жертвующего шахматиста действовать в секторе, где расположен король противника.

Однако в цитированной короткой партии нет ничего подобного: никаких приготовлений к атаке со стороны белых, никакого постепенного ослабления позиции черного короля. И все же достаточно одной тактической ошибки со стороны черных, чтобы позволить белым нанести смертельный удар.

Причина этого явления станет, с другой стороны, весьма простой, если отдать себе ясный отчет в том, где был настоящий уязвимый пункт черных после губительногохода 9... Kd7?

Это, конечно, не поле f7, потому что после жертвы слона (весьма типичной и решающей в огромном числе внешне аналогичных позиций) король еще не находится в опасности!

И только вторая жертва проясняет ситуацию, ясно доказывая, что из-за уязвимого поля е6 черные оказались перед смертельной альтернативой — получить мат или потерять ферзя!

Установив этот факт, я понял, вначале смутно, а со временем уже довольно четко, что приведенная комбинация порождала новую задачу в теории атаки: изучение уязвимости полей, окружающих короля, превращается в углубленный анализ чувствительности всего сектора, более или менее отдаленного от короля и попадающего под прямое влияние атакующих фигур, занимающих центральные поля. И тем труднее было изучить новую тему, что в шахматной литературе имелось относительно ограниченное количество примеров комбинаций, аналогичных цитированной, а точнее, нет примера комбинаций, подобно этой, в отношении общей структуры позиций. Требовалось искать благоприятный случай для построения такой комбинации на доске после создания подходящей позиции. Впервые этот план был осуществлен мною в 1916 г. в сеансе одновременной игры вслепую, состоявшемся в Тернополе.

Вот она, эта партия, уже опубликованная, между прочим, в сборнике «Moи лучшие партии».


Легко заметить поразительную аналогию между этой комбинацией и комбинацией Гольцгаузена: то же отсутствие типичных приготовлений к атаке против короля противника, тот же принцип полного господства над центральными полями как база для решающего хода. Последний акт этой небольшой драмы развертывается на полях f7 и особенно на е6, и этот факт не менее характерен. Наоборот, более или менее случайным является тот факт, что решение последовало непосредственно за комбинацией с жертвой. Правда, мне потребовалось чуть ли не шесть лет, чтобы встретиться с почти аналогичной практической задачей, финальная комбинация которой требовала более долгой реализации, и это ясно доказывает, сколько неисследованных возможностей содержится в данной теме атаки.

Привожу еще одну партию, сыгранную в эпоху, служившую отправным пунктом моей шахматной эволюции по пути к завоеванию мирового первенства и короны чемпиона мира.


Следовательно, комбинации с двойной жертвой такого порядка, который нас интересует, не обязательно могут дать непосредственный результат, а служат иногда прелюдией длительной атаки в тех случаях, когда противник не принимает вторую жертву.

Однако может быть, изучение механизма этих комбинаций имеет лишь ограниченную ценность ввиду того, что они как будто проводятся исключительно на определенном секторе, стержнем которого являются поля е6 и f7? Если бы это действительно было так, то стратегическое значение этих атак явно не превышало бы значения тех, которые начинаются, например, жертвой слона на h7 с последующим шахом на h5 и т. д. К счастью, случайность — с помощью, быть может, подсознательного моего размышления — привела к тому, что некоторые партии, игранные мною в ту же эпоху, что и цитируемые, доказали мне совершенно ясно, что идея, служащая базой для двойной жертвы, может быть проведена в жизнь как на одном, так и на другом фланге шахматной доски.


Продолжение:

http://www.chess.com/blog/AbrahAmuisler/-------2

Post your reply: