Истории
Сортировать:
В шахматах нередко случается, когда на турнир приглашают какое-то важное лицо, и это лицо делает за какого-нибудь участника первый ход и удалятся с видом, преисполненном собственного достоинства. Недавно на одном из крупных международных турниров Очень Важная Персона возжелала сделать первый ход за гроссмейстера Х.
- Как вы желаете играть? - спросила гроссмейстера Очень Важная Персона.
- е2-е4.
- Что вы мне свои шахматные термины... вы пальцем покажите.
Быть однофамильцем выдающейся личности всегда приятно, но когда при этом еще и сам становишься известным, то без путаницы обойтись нелегко.
В 1975 году москвич Валерий Чехов стал чемпионом мира среди юношей. Шахматная периодика подробно рассказала о соревнованиях и 19-летнем победителе. Валерий стал кумиром для многих ребят.
Вскоре после этого на одной из тренировок в районном центре Брестчины тренером был рассказан «достоверный» эпизод из жизни Чехова: когда Антон Павлович написал сыну-школьнику сочинение, то учительница оценила эту работу неудовлетворительно.
Знатока-тренера тут же взволнованно дополнила отличница-старшеклассница:
– Не может быть, чтобы сын Чехова уже был школьником.
Истину нашли не сразу.
Незадолго перед матчем на первенство мира со Стейницем в 1894 году Ласкер получил от одного своего почитателя коробку с сигарами с дарственной надписью: "Курите их, пока играете со Стейницем, и они принесут вам счастье".
Ласкер закурил одну из сигар, но нашел табак низкосортным и выбросил всю коробку. Выиграв матч, Ласкер встретился с отправителем сигар, который с ходу спросил его:
- Ну, как мой подарочек?
Ласкер невозмутимо ответил:
- Сигары чудесные. Без них я бы никогда не победил Стейница.
- Вы, наверное, курили их во время всего матча?
- Наоборот, - улыбнулся Ласкер. - Я не выкурил ни одной из них, а подарил Стейницу. И пока он курил ваши сигары, я выигрывал партию за партией.
Маленький мальчик подходит к отцу, волоча за собой машину на веревочке:
- Пап, давай в шахматы сыграем!
– Давай, сынок.
– Тогда грузи фигуры в мой грузовик, а я буду их маме отвозить.
🤣
Некий случайный знакомый на курорте предложил Алёхину сгонять партейку в
шахматы. Алехин согласился, но при расстановке фигур сразу убрал одну
свою ладью. Партнер возмутился:
- Как же так? Вы меня совсем не знаете – и даете мне ладью форы?
На что Алёхин ответил:
- Если бы я не мог вам дать ладью форы, я бы вас знал.
👍🏿
В конце турнира в Бледе аргентинский гроссмейстер Мигель Найдорф спросил Таля:
- Сколько ваших партий вам больше всего понравилось?
- Четыре, - ответил Таль. - Против Олафссона, Доннера и Парма.
- Я насчитал всего три. А где же четвертая?
- Она будет завтра, когда мне придется играть против тебя...
И действительно на следующий день Таль красиво выиграл у Найдорфа.
Представляете, хвастает собачник, - мой пёс вчера обыграл
меня в шахматы!
Знаю, отвечает другой, мой пёс рассказал, как вы прозевали его комбинацию!
Осенью 1935 года в разных городах Голландии проходил матч за шахматную корону между Александром Алехиным и Максом Эйве.
В это время Алехин завёл сиамского кота по кличке Чесс (Шахматы). С этим котом произошла история в августе этого же года на Всемирной шахматной Олимпиаде в Варшаве. Перед началом соревнований Чесс пропал. Алехин наотрез отказывался играть, пока кота не отыщут.
Польская полиция сработала оперативно и нашла кота. Алехин играл за сборную Франции на первой доске и не проиграл на Олимпиаде ни одной партии (сборная Франции заняла 10-е место).
На матч с Эйве Алехин приносил кота на каждую партию, перед первым ходом чемпион мира ставил Чесса на доску, тот обнюхивал фигуры.
Голландец Эйве с уважением относился к сопернику, поэтому не выражал протест. Понятно, что с Касабланкой, либо с другим соперником такой трюк вряд ли бы прошёл.
В последние годы Таль выглядел неважно. Как-то в Германии с ним поздоровался кто-то из знакомых.
- Спасибо! - поблагодарил Таль.
За что? - удивился прохожий.
За то, что узнали меня!
Про песика шикарно.
На турнире претендентов (Загреб, 1959 год) охотники за автографами сильно докучали участникам. Михаил Таль, чтобы разрядить обстановку, сам ринулся однажды в толпу болельщиков и стал налево и направо раздавать автографы. При этом он ставил не одну подпись, а две. Первой была размашистым почерком написанная и безукоризненно подделанная «подпись» Фишера, в вторая – его собственная.
– Зачем вы это делаете? – улыбаясь, спросил Таля известный составитель шахматных этюдов Харольд Ломмер.
– Видите ли, – смеясь ответил Таль, – я этого парня уже трижды обыграл, поэтому имею полное право царапать его фамилию…
Выдающийся венгерский гроссмейстер Геза Мароци не смог однажды наказать Эммануила Ласкера за дерзкую жертву ферзя, которую чемпион мира осуществил уже на третьем (!) ходу.
Произошло это так. Новый год оба шахматиста встречали во время турнира. Праздничный день был на турнире выходным, тем не менее Ласкеру и Мароци пришлось сыграть партию.
Оба гроссмейстера были приглашены на вечер одним американским миллионером – шахматным меценатом. Перед ужином, по просьбе других гостей, знаменитым шахматистам было предложено сыграть дружескую партию. Ласкер и Мароци охотно согласились. Миллионер пригласил всех гостей в одну просторную комнату, где все было подготовлено для игры.
Гроссмейстеров ждал сюрприз: на просторной шахматной доске стояли соответствующих размеров фигуры в виде бутылочек и бутылок, наполненных в зависимости от силы фигур различными алкогольными напитками: пешки, например, ликером, а ферзь был ничем иным, как пол-литровой бутылкой коньяка.
– Чтобы играть вам было интереснее, – сказал хозяин, – победителя ждет награда в 1000 долларов! Однако позвольте предложить вам одно условие: взявший фигуру должен выпить ее содержимое.
Условие было принято. Провели жеребьевку на цвет. Белые фигуры достались Ласкеру и «историческая» партия началась.
- e4 e5 2. Фh5
Ход не из лучших, и Мароци, ничего не подозревая, ответил согласно теоретическим рекомендациям.
- …Кc6
Тонкий психолог Ласкер улыбнулся и без колебаний сбил пешку.
3.Ф:f7+!!
Черным пришлось забрать ферзя. Течение партии подтвердило, что жертва была… правильной.
Ласкер победил.
Шахматистом с бойцовским характером зарекомендовал себя ленинградский мастер Александр Черепков. Перед последним туром полуфинала 18-го чемпионата СССР (Тарту, 1950 год) Владас Микенас решил, что проблем попадания в финал для него не существует. Достаточно ему было сыграть с Черепковым, которому победа ничего не давала, вничью.
Соперники разыграли дебют, и Микенас обратился к Черепкову:
– Ну что, дружок, предлагаю ничью с хорошим ужином.
Неожиданно получив отрицательный ответ, Микенас с трудом настроил себя на длительную, бескомпромиссную борьбу. В конце концов Черепкову пришлось смириться с ничьей, но теперь – без ужина!
Пожав друг другу руки после игры, оба улыбнулись.
Джон Гроссер, президент шахматного клуба в американском городе Хартфорде (штат Коннектикут), категорически отказывался выдавать женщинам членские билеты. Когда в 1982 году его спросили, почему он так поступает, Гроссер ответил:
– Шахматы требуют молчаливой сосредоточенности. Между тем, по последним статистическим данным, женщины произносят в среднем 12 620 слов в день. Даже коммивояжеры, расхваливающие свой товар, говорят меньше – они обходятся 11 800 словами, полицейские произносят 10 860, священники – 3423, а монахи – 860 слов в день.
Этот выпад не остался без ответа. Местное отделение общества защиты прав женщин опубликовало заявление, в котором говорилось: «Если бы мистер Гроссер встретился за доской с любой из участниц женского шахматного чемпионата СССР, то, даже оставаясь немым как рыба, все-таки получил бы мат уже на первом часу игры. Поэтому пусть не выдает себя за шахматного титана, а лучше идет в монахи. Тогда он обретет достойных собеседников и будет избавлен от столь ненавистного ему женского общества».
Перед первым туром турнира претенденток на первенство мира (Сухуми, 1964 год) грузинский журналист Гиви Гамракели встретил на бульваре югославскую шахматистку Катю Иванович и ее тренера международного мастера Петара Смедеревица.
– Вы сегодня обязательно выиграете, – сказал Гамракели в шутку.
Вечером Катя одержала победу. На следующий день они опять встретились.
– Как хорошо, что мы видим вас. Вчера, как вы сказали, я одержала победу. Скажите, сегодня я опять выиграю?
– Обязательно! – сказал Гамракели, улыбаясь.
Катя вновь победила. То же самое повторилось и на третий день. На четвертый – Гамракели задержался в гостинице. Тур уже начался, когда он вышел на улицу, но у входа его терпеливо ждали Катя Иванович и Петар Смедеревац…
В полуфинале 24-го первенства СССР (Тбилиси, 1956 год) Михаил Таль при доигрывании не выиграл партию первого тура у мастера Юрия Коткова. В отложенной позиции у Коткова были сдвоенные пешки в центре. Анализ показал, что выигрывать одну из них Талю невыгодно, так как при этом активизируется конь соперника.
Совместными усилиями Таля и Кобленца был найден четкий план выигрыша. Перед доигрыванием тренер, чтобы не было никаких недоразумений, на всякий случай напомнил Талю:
– Смотри, Миша, не соблазнись пешкой.
– Что я бедный? – ответил Таль.
Однако, как только началось доигрывание, Таль забрал злополучную пешку и ничья стала неизбежной. Впоследствии он так и не объяснил, почему это сделал.
В конце 1964 года гроссмейстер Андре Лилиенталь играл на турнире в Баку с мастером из Польши Андреем Адамским. Смелая и изобретательная игра польского шахматиста понравилась Лилиенталю.
Через несколько лет, увидев своего «знакомого» на турнире дружественных армий (Москва, 1968 год), Лилиенталь искренне удивился:
– О, как вы помолодели!
– Гроссмейстер, в Баку вы играли с моим старшим братом! – последовал неожиданный ответ… Яна Адамского.